28 червня 2017



8

Портрет Империи Зла. Хроника и философия недостраны

2017-03-15 20:05:00. Аналітика

Как Кремль убивал собственную страну, а также растлевал и растлил необозримое число людей на Западе. Взгляд изнутри и взгляд чуть снаружи. Предлагаем вашему вниманию горькие размышления двух россиян - журналиста Александра Сотника, снова после краткой эмиграции живущего в Москве, и журналиста, политолога, философа Александра Морозова, живущего ныне в Праге.

Александр Сотник. Восстание мертвой царевны

За последние сто лет большевистская система в России научилась делать только одно. Зато – идеально. Она научилась превращать живое в мертвое, но мумифицировать так, чтобы оно выглядело как живое. Вспоминая череду прощаний с убитыми политическими оппонентами режима, всякий раз отмечаешь для себя невероятное мастерство ритуальных гримеров. Ни следа от выстрела в голову. Лежит человек – как живой, но – мертвый. Не дышит. Молчит. И уже не заговорит никогда. А – главное – не возразит системе, не пойдет против нее, и не поведет за собой никого.

Да что там – человек? Целую страну умертвили. Долго трудились, стреляли, сажали, нагнетали, стучали, и вот, наконец, испустила дух, многострадальная. Лежит без движения, смердит на весь мир, зато выглядит вполне по-молодецки. В телевизоре румянятся детские лица, открывают рты, звонкими голосами декламируя: «Немецкий бы выучил только за то, что им разговаривал Путин!..» А потом телеящик фокусирует ваше внимание на вечно энергичном вожде – смущенно улыбающемся и скромно аплодирующем. То рабочие Уралвагонзавода рапортуют о готовности выгнать из страны «нацпредателей», то фермеры сообщают о надоях, то бизнесмены, построившись по ранжиру, просят-умоляют фюре… тьфу ты! – вождя «пойти на очередной срок», дабы в поте лица своего «арбайтен» во имя «дер гроссе руссиш вельт». И маршируют где-то армейские, и штурмуют что-то полицейские, и пожарные тушат, и ракетчики гасят, и летчики бомбят. И население сливается в едином порыве и единой молитве: «Слава Богу, что у нас есть Он – великий гарант и заступник. Введи войска, родимый! Спаси и сохрани, забомби и зачисти, избавь и закошмарь!..» Идиллия!..

Подъем с колен ознаменовался отчаянным сопротивлением Запада в ответ на наши умопомрачительные успехи. Мы, понимаешь, вернули свое – Крым вернули, а нашим кремлевским богатырям перекрыли кислород! Ну, не изверги ли? Не идолища ли поганые? Но не истощились еще ядерные запасы, не померкла жажда отомстить за унижения. И пусть бродят по нашей изгаженной Обамой земле разномастные предатели – всех посчитаем, найдем и погоним, а не погоним – закопаем!

Прожаренный мозг имперского патриота, генерирующий подобные суждения, даже не допускает вползания в извилины мысли о том, что ракеты – старые, самолеты – древние, а корабли – дырявые. И что вся эта милитаристская прелесть пока еще летает в силу отмороженности пилотов и плавает по причине маниакальной преданности моряков своей профессии. И никакой Путин тут ни при чем. Разве что – факт, что если уволишься, то трудоустроиться не получится. А здесь хотя бы зарплату платят. Уже срезают, а скоро начнут задерживать – но платят же! И пусть «денег нет» – но есть Родина. И ее надо кому-то защищать. От врагов. А где враги? – да повсюду! Все нацелены на наши богатства, спят и видят, как овладевают недрами да ресурсами, – вот и надо хранить эти несметности, чтобы завистникам не достались. А то, что китайцы арендовали за копейки Забайкалье, равняющееся по территории нескольким Крымам; то, что Чубайс презентует Путину, обладающему пещерными познаниями в компьютерах, монохромный планшет для школьников в эпоху «Айфона»; то, что чиновники, снизу доверху погрязшие в тайной калькуляции своих коррупционных доходов, предлагают населению подсчитывать гроши на костяных счетах – плевать. «Жила бы страна родная». Но она – мертва. Ни дорог, ни медицины, ни школ. Церкви да кладбища. Кресты да могильники.

Видеоверсия статьи:

Усыпляющая ложь с ядовитой пропагандой, вызывающей эпилептические судороги – контрольный выстрел в голову России. Здесь даже финансовая асфиксия, вызванная контр-санкциями, ни при чем. Этим и должно было закончиться. Шутка ли: целый век грабить и убивать! – ни одна страна не выдержит. В этом смысле Россия оказалась невероятно живучей. И последние годы ее смердящего существования – печальный урок для всего человечества: до чего можно довести талантливый народ, когда-то явивший миру Пушкина и Толстого, Менделеева и Павлова, Вавилова, Гинзбурга и Капицу. Но кто такой Вавилов против Ежова да Берии? Или Гинзбург против Андропова – кто? Или тот же Сахаров, вздумавший каяться об отцовстве в деле рождения водородной бомбы? В порошок, в ссылку, и хорошо, что – не к стенке.

В мертвом теле погибшей страны ворочается сожравший ее монстр. Он тщится придать покойнице живой вид, дергая за нервные окончания. Это туловище СССР – без рук и без ног – трясется всей тушей, пугая сторонних наблюдателей, которые – еще немного, и – признают это недоразумение «новой империей зла». И ведь назовут – а что им остается? И вновь объединятся, как это уже случалось во второй половине прошлого века. Только у нынешней туши напрочь отсутствуют финансовая мощь и интеллект, а умственные и мышечные способности манипулирующего ею чудища, как в фильме «Чужой», не в состоянии придать ей даже вертикального положения. Лежит – не дышит, а лишь дергается и смердит. И выхода у этого монстра, по сути – два. Либо он оттащит труп в свою укромную пещеру, где будет его догрызать, ощетинившись в мир всем своим термоядерным арсеналом, либо – шарахнет им сгоряча, уничтожив то, что успеет. И сам сдохнет, и часть человечества с собой заберет – от отчаяния и злобы.

Поскольку денег, действительно, нет – в случае реализации первого варианта монстр прикроет «вредоносный либерализм». В один прекрасный день ощерится на экранах телеящиков и изрыгнет: «Мы попробовали западную демократию. Не получилось. Не наш это путь. У нас – свое. Прощай, проклятый доллар и конвертируемый рубль. Мы сами у себя в пещере разберемся: у кого – кошелек, а у кого – жизнь». И – понесется великое перераспределение под веселое улюлюканье маргиналов да люмпенов, с показательными плясками на костях вчерашних олигархов, на поверку оказавшихся нелояльными родным березкам. И начнутся процессы и показательные порки, этапы и приснопамятный ГУЛАГ. И откроются манящие вакансии ВОХРы, где за места будут биться вчерашние вахтеры метрополитена да охранники супермаркетов. И проклятое навек забугорье станет наблюдать за последним чудом самопожирания последней империи, руководимой вечно энергичным и несменяемым вождем. А проживет он долго-предолго, лет девяносто пять. А то и сто: ведь для него-то, в отличие от расходного материала, что копошится под ногами, медицина останется самой передовой…

Но есть и второй вариант, при котором цивилизованный мир, все-таки, назовет вещи своими именами, и «недобитую империю зла» – именно таковой. Не «трудным партнером», не «сбившейся с пути демократии страной», а именно – государством-террористом. Признав очевидное, поставив диагноз, можно будет выбрать правильный тон обращения (или не обращения) и наметить верные шаги по локализации и дальнейшей ликвидации ядерной террористической угрозы, исходящей от Кремля. Перекрыть оффшорный кислород окончательно. Заморозить подозрительные счета. Отключить SWIFT. Арестовать имущество нынешних и бывших российских чиновников, замешанных в коррупции – когда бы то ни было. Провести чистку в собственных рядах, выявив аффилированные с Кремлем структуры, чиновников, политиков. Отрубить все щупальца спрута, обездвижив его и лишив любой возможности для политического маневра. Он будет угрожать и шантажировать. Возможно, совершит масштабный теракт руками прикормленных террористических обезьян. Но он все равно не выдержит, и либо в ускоренном темпе сожрет сам себя, либо – ударит первым, подписав собственный смертный приговор. Потому что после такой агрессии его можно будет уничтожить без переговоров и увещеваний.

Звездной мечте постсоветского гангстера о сладкой жизни не суждено осуществиться. Не лежать ему на лазурном берегу с сексапильной секретуткой, записывающей за ним, разомлевшим на солнце, мемуары «Мой кайф». Его удел – сгореть в пламени демонических речей лубянского нео-фюрера, возродившего человеческий страх перед ядерным пеплом и обрушившего на его непутевую голову ответную ярость цивилизации, что воспротивилась принять в свои объятия «царевну-Русь», оказавшуюся мертвой истлевшей царевной.

Александр СОТНИК,

aboutru.com

***

Александр Морозов: Щупальца империи и так называемые «партнеры»

Как Кремль растлевал и растлил необозримое число людей на Западе. Александр Морозов продолжает дневник философа и политметеоролога.

До Крыма все «сотрудничали с русскими». До середины 2016 года была неразбериха с этим прошлым. Санкции почти не изменили «режима сотрудничества».

Но начиная с выборов в США происходят очень важные изменения, которые даже трудно точно описать и назвать. Внешне это выражено в том, что люди, которым вменена коммуникация с русскими, теряют посты. И все это сопровождается публичными скандалами. Речь идет не о том, что люди сотрудничали злонамеренно, а теперь уже просто о том, что называется на русском бандитском языке «зашкваром».

Владимир Путин и Майкл Флинн на юбилее телеканала Russia Today, декабрь 2015. © RUPTLY

Никто не сомневался в лояльности Флинна, но он ушел из-за «контактов». На днях ушел в отставку вице-спикер Сейма Литвы. Он ушел потому, что литовские спецслужбы отказали ему в допуске к секретным данным, а список тех русских, с которыми он в разные годы дружил, не содержит ничего особенного — представители российских госкорпораций в Литве, мутные русские местные бизнесмены и т.д. Недавно вскрыли почтовый ящик авантюриста, работавшего на Кремль в четырех странах — Польше, Чехии, Словакии, Венгрии, да еще и на Балканах. Выяснилось, что российский бизнесмен Малофеев обсуждал или проводил какие-то операции на выборах в Боснии, на выборах в Польше.

Малофеев — это как бы крайний пример откровенно подрывных действий на территории других стран. Но, глядя в эту переписку и зная атмосферу русских дел в Европе, понимаешь: ведь стратегия и тактика Малофеева ничем не отличается от действий десятков и сотен подобных акторов за пределами РФ. До Крыма все это выглядело как доброкачественная «поддержка интересов» для всех тех, кто вступал в сотрудничество с такими людьми. А теперь начинается «ретроспекция». Во что вляпались те, кто участвовал в «Петербургском диалоге», в Валдайском клубе, в «Диалоге цивилизаций» и десятках и сотнях программ, где русские то ли платили, то ли создавали преференции, то ли просто оказывали какую-то разовую услугу? Мне рассказывали люди из организаций соотечественников (которые довольно рано отказались от сотрудничества внутри программ «Русского мира»), что поначалу они были обмануты всеми этими ранними культурными проектами Никиты Михалкова за пределами РФ. Они искренне поддержали его обращение к потомкам старой эмиграции. Но уже около 2008 года они почувствовали, что их начинают застраивать в какую-то идеологическую систему поддержки Кремля. Многие даже продолжали ездить в Москву на съезды соотечественников, но внутренне — уже наблюдателями. Они уже тогда решили, что это «новый Коминтерн» и брать гранты там нельзя. А другие радостно продолжали брать — и поплыли вместе с Кремлем в направлении Крыма.

* * *

Но все эти политические, гуманитарные и медийные контакты далеко уступают масштабам взаимодействия по бизнесу. Миллионы людей по всему миру втянуты были в «русские деньги» больше десятилетия. Ведь так называемый вывод капиталов за рубеж, происходивший в огромных масштабах, а затем частично реинвестированный обратно в страну через офшоры, а частично шедший на приобретение разной инфраструктуры за пределами РФ (фирмы, доли в бизнесе, недвижимость, яхты и т.д.), — вся эта гигантская машина прокачки денег путинского корпоративного государства — она ведь обслуживалась миллионами людей в качестве контрагентов: это были юристы, дельцы разного масштаба, политики, депутаты, деятели кино и культуры, переводчики и т.д.

В результате — на момент Крыма — имелось огромное стихийное лобби. Это не значит, что люди были буквально «прокуплены» (если описывать этот процесс на антикоррупционном языке). Люди просто «сотрудничали» и получали разного рода бонусы от этого сотрудничества. Речь идет не о «вербовке», а о психологическом феномене. Любой из нас, однажды получивший деньги от богатого друга юности, потом — даже критически относясь к нему — все же сохраняет публичную лояльность. Кто же захочет громко кричать о злодеяниях человека, благодаря которому ты, допустим, заработал на новый дом? Ты просто промолчишь...

* * *
Иначе говоря, около десяти лет — примерно с 2004 года, после отъема ЮКОСа и дальше, — российская экономика «прогревала» труднооценимые по масштабу зарубежные слои. Речь не шла ни о какой коррупции в узком смысле. Конечно, с той стороны учитывалось, что это экономическое взаимодействие с особым типом «восточной» экономики, где все сопровождается «благодарностями», «откатами», обменом различными бонусами и преференциями, банями, охотой на архаров с вертолетов и т.д. и т.п. Но это не было криминалом, а просто закладывалось с той стороны в качестве «специфики». Россия — вовсе не единственная экономика с таким укладом. Это было в первичном смысле партнерством. Крупнейшие мировые компании открывали в России офисы и производства. До недавнего времени это была привилегированная экономика, включенная в контур БРИКС.
И вот весь этот результат десятилетнего «прогревания» Крым превратил в проблему. Очевидно, что Путин этим «крымом» произвел одномоментную мобилизацию в среде тех, кто участвовал в этом партнерстве. Он поставил всех этих «партнеров» перед необходимостью самоопределиться. Путинское словечко «партнеры», произносимое им с иронией, часто относят к дипломатическому словарю. Но реально Путин имеет в виду других партнеров — миллионы людей, которые получили большие бонусы от десятилетнего сидения на русских контрактах, русских деньгах и разных взаимодействиях с русскими.

* * *

Теперь у этих «партнеров» большие проблемы. И надо со скорбью заметить, что проблемы не из-за Крыма (как такового), не из-за режима санкций и контрсанкций, не из-за двусмысленности участия в токсичных проектах с русскими в прошлом. Проблема целиком заключена в том, что Путин не хочет остановиться.

Вся эта огромная среда с облегчением вздохнула бы, узнав, что Путин «переписал актив на себя» (Крым) и на этом остановился.

Но весь период 2014—2017 годов сохраняется и даже наращивается крайняя двусмысленность: «Боинг» сбил не Путин, а какие-то люди, мобилизованные бизнесменом Малофеевым, Немцова убил не Путин, а какие-то чеченские силовики, атаковал серверы Демпартии тоже не Путин, а какие-то хакеры-добровольцы, возможно, русские, а возможно, и нет (но с русских серверов), мятеж в Черногории организовал не Путин, а какие-то неизвестные лица, проект развала Украины как государства и создания «Новороссии» организовал не Путин, а, допустим, Глазьев, пророссийские демонстрации в странах Европы организовал какой-то Усовский (собирая деньги на это с патриотических российских бизнесменов), а не Путин. И так далее.

Список теперь растет каждый день. При этом ведь Кремль реально ни от чего этого не дистанцируется с той энергией, которая была бы понятна его так называемым «партнерам». Вокруг любого из этих событий Кремль проводит не расследование, а двусмысленную игру, отчетливо читающуюся как «покрывательство» всех этих «своих людей».

И таким образом десятилетнее «экономическое прогревание» на глазах трансформируется в «вовлечение в соучастие». Теперь все оглядываются назад и спрашивают себя: а с кем мы «партнерствовали»? Может быть, это была русская разведка? Или с самого начала это была только приманка для включения нас в недобросовестный лоббистский контур?

* * *

Здесь есть огромная пугающая новизна. Все, что происходит на наших глазах вокруг Госдепа, вокруг пророссийских политиков в Европе, обнажает сложную проблему: происходит размывание границ лоббизма, партнерства, шпионажа, пропагандистского влияния, коррупции.

Создается ситуация, при которой невозможно отличить доброкачественное партнерство от соучастия в политике, размывающей «границы допустимого». Еще вчера вы были «христианским демократом», строившим партнерство с РФ. А сегодня вы — просто молчаливый соучастник размывания самих норм европейской политической культуры. Вы не просто стыдливо молчите, отказываясь от оценки действий Кремля. И даже наоборот. Так сказать, «храня верность» результатам прошлого партнерства с Кремлем, вы даже возвышаете скептический голос: а что здесь такого уж криминального в политике Путина? Ну и другие так делают: «Санкции неэффективны, Крым, откровенно говоря, всегда был русским».

И если можно как-то окинуть взглядом всю так называемую кремлевскую пропаганду за рубежом как совокупность деятельности московских агентств и европейских малопосещаемых сайтов левых и правых критиков американской гегемонии, которые на этой почве симпатизируют Путину, — то вот окинуть взглядом гигантскую «корневую систему» Кремля в западных экономических практиках совершенно невозможно. Она не поддается никакой оценке. И не поддается никакой оценке та трансформация, а точнее говоря, то растление не только собственного населения, но и больших кругов на Западе, которое произвел Кремль за десять лет.

Мне три года назад казалось, что Путин создает какой-то правый Коминтерн, я писал об этом. Теперь его часто называют «черным Коминтерном». Но я думаю, что ситуация гораздо сложнее и хуже. «Путинский Коминтерн» — это довольно незначительный и хорошо видимый оголовок гораздо более масштабного процесса, который происходит на других этажах европейской жизни, где люди, никак не втянутые в ультраправую или ультралевую политику, сохраняют молчание в отношении действий Кремля. Осуждая его, тем не менее остаются лояльными. Доброжелательно ждут, когда Путин «вернется к европейской норме партнерства». Эти люди не могут и не хотят видеть, что двусмысленность, поддерживаемая Кремлем в вопросе об ответственности за убийства, за парамилитарные отряды, за наемников, за дестабилизацию в малых государствах, — это не какой-то временный феномен. Это «так и задумано». И так оно и будет дальше.

Александр МОРОЗОВ,

colta






МИ НА FACEBOOK







Copyright © NOVA UKRAINA.ORG
All rights reserved.

Управління впровадженням — ІТР ©2011