5

Принудительная явка с повинной

Все началось с того, что на мою электронную почту пришло письмо, в котором вежливо сообщалось: «Общественный Совет при Обладминистрации проводит опрос предпринимателей». О том, что речь шла об Одесской администрации, понятно стало только из текста анкеты.

Инициаторы опроса убеждали своих адресатов: «Уважаемые коллеги! Ваше мнение нам по настоящему важно для выработки рекомендаций обладминистрации по ситуации с предпринимательством в Украине и в Одесской области в частности. Очень просим Вас ответить на нашу анкету и заранее благодарим за Ваши усилия» (грамматика и орфография сохранены. — Авт.).

В свою очередь, будучи человеком вежливым, к тому же имея опыт ведения СПД на едином налоге и желая помочь одесским властям «выработать рекомендации», я ознакомилась с анкетой. Вопрос о возрасте респондента в таком документе показался слегка странным: как эта информация влияет на общение предпринимателя и власти?

Дальше оказалось еще интереснее — местные чиновники живо интересовались оборотом и прибылью, полученной бизнесменами за… минувшие 20 лет. Ход мыслей авторов анкеты начинал увлекать: расскажите, насколько вы состоятельны, а мы подумаем, что с этим делать.

Но симпатичнее всего был вопрос под № 13: «Как изменилась часть (в %) припрятанных от налогообложения прибылей»? (Предлагалось отчитаться за весь двадцатилетний период. — Авт.) Ибо любезнейшие социологи при местной администрации были уверены — неворующих среди бизнесменов региона вообще нет. Так к чему лишние церемонии, уточнения, предполагающиеся в стандартных соцопросах в таких случаях, когда сначала необходимо определить категории, разграничить их! Не смутил авторов документа даже тот факт, что СПД-упрощенцы (работающие не едином налоге) просто не могут спрятать прибыль от налогообложения. Они платят единый налог независимо от декларируемого дохода. Зачем им что-то прятать и создавать себе лишние проблемы? А главное, непонятно, что им отвечать на 13-й вопрос.

Впрочем, пытливые организаторы столь интригующего исследования, судя по его тональности и направленности, интересуются вовсе не упрощенцами, которые довольствуются скромными оборотами. В их поле зрения должны были попасть более серьезные люди, с которыми и придется потом «серьезно работать». Почему респонденты захотят вдруг добровольно сознаться во всей тяжести содеянного ими в бизнесе за 20 лет, мне лично непонятно. (Это ж еще и память какую нужно иметь!)

Поистине умиляет последний блок вопросов, где предпринимателя просят оценить деятельность тех или иных органов и их влияние на бизнес. В вопросе № 28 обладминистрация фактически интересуется, положительна ли ее собственная роль «по отношению к предпринимательству». Ну прямо как в сказке: «Слушай, зеркальце, скажи, кто на свете всех милее?» За правдивый ответ на него, мы помним, как поплатилось «зеркальце».

И нечего на отражение свое пенять, коли от предпринимателей требуешь добровольно-принудительной явки с повинной под видом опроса общественного мнения. Главное, что эта анкета и без ответов отлично демонстрирует то самое «положение предпринимателей» и отношение к ним «самой благонамеренной» власти. Последнюю почему-то не интересуют предложения эспэдэшников, как уменьшить регуляторную нагрузку со стороны местной власти. Об этом в анкете нет ни слова. Хорошо, если она поможет обладминистрации всего лишь бодро отчитаться о налаживании «смычки» между местной властью и бизнесом. Возможно, одной из целей является попытка выведать настроения в среде предпринимателей накануне грядущего осенью очередного витка кризиса и всплеска социального недовольства. Тем не менее, выведенная шкала лояльности к администрации среди бизнесменов в зависимости от уровня их доходов позволит таки выработать обещанные «необходимые рекомендации». Слабо верится, что самому бизнесу от этого станет легче.

Так за кого у нас держат предпринимателей? Единственный вопрос, возникающий после внимательного прочтения столь незаурядного документа.

Альбина ТРУБЕНКОВА

Ниже приводим саму анкету.