8

Азербайджан. Переключая каналы

Я и еще четверо украинских журналистов побывали в Баку. Учеба в интернациональной школе журналистских расследований не оставляла особо много времени на изучение самого Азербайджана, тем более местных медиа, практически полностью дерусифицированных. Но однажды вечером я растянулся у себя в номере перед «плазмой» и стал щелкать «ленивчиком», пытаясь отыскать каналы Украины или какие-нибудь новости на понятном языке.

А попал на AzTV — главный канал республики, так сказать, «Перший національний» — и долго он меня не отпускал.

«Десятка» от президента Алиева

На сцене выступал фольклорный ансамбль: пять аккомпаниаторов и певец — парень лет двадцати в небольшой черной папахе. Композиция при мне длилась минут пятнадцать и состояла из многократных сбивок темпа и смен размера; парень гулял по верхнему регистру, как акробат по канату у купола цирка. Иногда забирался совсем в женские верха и слышалось щебетание, что проявило в памяти: «бюль-бюль» по-азербайджански — это соловей.

Несомненно, эту композицию приняли бы корифеи джаза — от Джона Маклафлина до Майлса Дэвиса. А ее действие еще усугублялось экранной картинкой. Камера плавно ходила по зрительному залу: величавые мужи в строгих костюмах наслаждались музыкой; их жены прикрывали руками лицо, как бы не в силах справиться с эмоциями; изредка показывали девушек, внешность которых отсылала к стихотворению Есенина «Шаганэ ты моя, Шаганэ!», написанному, кстати, про азербайджанку.

Притворялись ли они? Бог весть, но если и притворялись, то подобное притворство должно было стать их частью, как американская улыбка.

В первом ряду сидел мужчина средних лет в каракулевой серой папахе. Я вспомнил, что его портрет висит возле лифта в нашем отеле. Это был президент Ильхам Алиев.

Музыка смолкла. В первом ряду встал почтенный господин, в руках его оказался микрофон, и он начал говорить. Камера изредка приближала лицо солиста. Все его естество, казалось, впитывало мудрые слова, все внимание было направлено на то, чтобы распознать каждый оттенок мысли говорившего.

Наконец, минут через пять (мы понимаем, что это на самом деле очень долго), спикер замолк, выслушал аплодисменты зала и… поднял деревянную палочку с табличкой. На табличке значилась цифра 9.

Я едва не задохнулся от восторга. Это было местное «Алло, мы ищем, таланты!»!

По несколько минут говорил каждый член жюри. И зал, и музыканты с почтением внимали. Третьим выступил президент. Ильхам Алиев, конечно же, поставил «десятку», в этом я не сомневался. На лице солиста кристаллизовались одновременно внимание и восторг — и я думал, что это уже высшая степень. Однако ошибся. Последней взяла микрофон матрона, сидевшая рядом с президентом (ее я записал в супруги — и снова ошибся, лет на 30 и килограмм на 30, — жена Алиева выглядит так).

Молодой артист изобразил на своем лице примерно такую думу: «Когда я внимаю ханум, мне открываются все тайны земли и неба!» Еще немного — и, казалось, «соловей» заплачет! Но ханум окончила наставление.

На сцену вышла девушка и запела. Конкурс молодых исполнителей продолжался. Аккомпаниаторы остались прежние.

Дописав эти строки, я решил найти в Интернете AzTV-онлайн, чтобы представить канал читателям.

Нашел — и не поверил глазам. Шел конкурс молодых исполнителей. На сцене были те же музыканты, я запомнил мужчину в очках, играющего на кяманче (что-то наподобие виолончели). На сцене пела девушка в народном костюме. В первом ряду сидел Алиев в серой папахе.

О Азербайджан, страна, где никогда не прекращают искать таланты!

День сурка

На следующее утро, перед завтраком, я снова нашел полюбившийся канал. И он не обманул мои ожидания. Показывали «Підсумки дня», и этот the best состоял исключительно из сюжетов о жизни и деятельности Ильхама Алиева.

Вот он приехал на строительство какого-то объекта, кажется, выставочного центра: новая плиточка, выметен плац! Камера обводит все это великолепие. Руководитель строительства в костюме и галстуке (сразу вспомнилось, как харьковский миллиардер Ярославский принимал Ющенко в драных джинсах) тычет указкой в стенд. Алиев внимательно следит за указкой.

Следующий сюжет: президент открывает памятник; красная дорожка; мужи в строгих костюмах; букет возлагается к постаменту. Третий сюжет: Алиеву показывают новый объект, мужчина в костюме водит указкой по стенду, где начертан план будущей роскоши. Еще один сюжет: Алиев встречается со своим народом — в гуще толпы. Старики с медалями трясут руки, старухи плачут, женщины протягивают через головы свои детей, некоторых Алиев принимает.

И так каждый день.

Вот возьмем новости 17 мая — восемь сюжетов подряд о встрече Алиева с президентом Чехии Клаусом, и не сомневайтесь, что в таком порядке они и транслировались.

Или вот я обновил 29 мая:

Как говорится, все идет по плану!

Как в таких случаях выживают телевизионщики? В смысле — не умирают со скуки? Азербайджанцы — народ с чувством юмора, и наверняка этот юмор иногда прорывается и на местные голубые экраны. Ведь сами посудите, разве возможно хоть пару раз в год что-нибудь да не напутать в сюжетах, похожих друг на друга, как десятки тысяч однояйцевых близнецов?

Не клевещи на дядю!

«А как же свобода слова, состояние гражданского общества, журналистики в Закавказье?» — спросите вы. Через месяц мы снова встретимся в Азербайджане, и я надеюсь подробно помониторить эту тему.

А пока можно ответить простым линком: «Бакинские журналисты получили тюремные сроки за клевету на дядю президента».

Ярослав ГРЕБЕНЮК