3

Who is Mr. Lytvyn, или Как спикер парламента стал иллюзорен

Умению с такой прямотой сказать правду-матку можно было бы даже позавидовать. Если бы речь шла не о высокопоставленном чиновнике, множество лет находящемся на верхушке властного Олимпа. (Хотя бы и формально.) И за неожиданными откровениями последовали оргвыводы.

Итак, председатель парламента Владимир Литвин сообщил, что не будет подписывать письмо-требование к судьям с просьбой освободить из-под стражи лидера «Батькивщины» Юлию Тимошенко и лидера «Народной самообороны» Юрия Луценко.

(Напомним, глава фракции БЮТ — «Батькивщина» Иван Кириленко предложил лидерам фракций подписать письмо-требование к суду с просьбой освободить Тимошенко и Луценко.)

И если бы это было принципиальной позицией формально политика № 1 в законодательной власти, то и бог с ним. Фраза вроде «Все решает суд. Есть конкретные обвинения и конкретная мера ответственности по этим статьям уголовного кодекса. Потому вмешательство в эти дела с какой бы то ни было из сторон считаю в правовом государстве неприемлемым» была бы одной из самых конкретных за всю биографию Владимира Михайловича. Однако она не прозвучала. Прозвучали на эту тему несколько других. Каждая из которых противоречила предыдущей.

Следите за логикой.

«Дело в том, что там предусмотрены подписи только руководителей фракций. Я им предложил до 16 часов сегодняшнего дня, если есть желание, подписать это обращение», — сказал спикер.

То есть, если предложил, то вроде бы и сам согласен. Тем более что сам является руководителем фракции своего имени. И на уточняющий вопрос журналистов о том, подписал бы письмо лично, тем более являясь главой фракции, Литвин ответил:

«Я придерживаюсь такого мнения: от сумы и от тюрьмы не зарекаются».

То есть солидаризируется с узниками Лукьяновского СИЗО. Но тут для людей, плохо знакомых с поведением Владимира Михайловича, прозвучало неожиданное:

«Если бы моя подпись что-то решала, я бы подписал это письмо. Но моя подпись ничего не решает в данном случае».

Возможно, немолодой уже человек Литвин ничего не слышал об ответственности перед своей совестью и о том, что зло (в частности отказ от моральной поддержки) имеет свойство возвращаться. Но уж о примитивной логике можно было бы и задуматься. Если подпись все равно ничего не решает, то почему бы ее не поставить, хотя бы руководствуясь тем «мнением», на которое он ссылался выше. Тем временем между строк прозвучало, что есть чье-то «мнение», которое «в данном случае» решает все. И что-то очень сомнительно, что это «мнения» судьи Киреева и прокуроров.

Как бы то ни было, но Владимир Михайлович невольно дал понять, что сам по себе (то есть по собственной, Литвина воле) нигде не появляется. Его рукой руководят неведомые (а точнее, отлично известные всем) силы.

Это лишь непосвященным людям кажется, что глава парламента и руководитель парламентской партии, входящей пусть и не в гласную коалицию с партией власти, — это звучит гордо. Сам по себе Литвин ничего не значит. Он всего лишь инструмент, не личность. А инструмент рано или поздно выбрасывают.

Не будем сейчас анализировать то, как в соответствии с политической целесообразностью менялись «мнения» Владимира Литвина. Желающие могут, например, вспомнить предвыборные ролики его Народной партии, посвященные теме продажи земли. Сравнить их с позицией Литвина во время регистрации в ВРУ соответствующих законопроектов. Так же как показательным является его виляние одновременно с «линией партии» — и отнюдь не литвиновской — в зависимости от того, что начинал говорить на следствии предполагаемый убийца Гонгадзе Алексей Пукач.

Рассмотрим лишь два примера.

Так, в марте после поездки в Луганск Литвин вдруг решил заставить всех парламентариев голосовать лично, введя в действие систему «Рада-3» — так называемый «сенсорный палец».

«Сейчас ведется работа по подготовке новой системы для голосования… Будет проведено тестирование этой системы, и со следующей недели я подпишу распоряжение о введении этой системы, нравится это кому-то или нет», — сказал он.

Несмотря на то что норма о личном голосовании записана в Конституции, инициатива Владимира Михайловича тогда предсказуемо не понравилась абсолютному большинству депутатского корпуса. Но спикер был непреклонен:

«Терпеть этот позор дальше нельзя. Вчера в Луганске журналисты упражнялись по Верховной Раде, и самое мягкое было слово „кнопкодавы“. И они абсолютно правы. Поэтому давайте организовывать депутатов на работу. Кто не хочет — заявление, и я думаю, что мы примем соответствующее решение».

Прошли весна, лето, началась осень. Ну и, спрашивается, куда девалась решительность Литвина? Где этот страшный «пальчик»? Где написанные и, главное, подписанные заявления об уходе из парламента в знак протеста против волюнтаризма спикера? Нету.

Как не было Владимира Михайловича «за рулем» Рады, когда принималось в первом чтении судьбоносное для миллионов людей решении об отмене целого ряда категорий граждан, имеющих льготы.

Если кто не знает: данный законопроект был поддержан только в одном комитете парламента (да и то в части, льгот не касающейся), его раскритиковал секретариат ВРУ, в госорганы были направлены предупреждения о незаконности норм, содержащихся в документе, — и все же Литвин вынес его на рассмотрение. Правда, непосредственно в момент вынесения скандального законопроекта Владимир Михайлович «соскочил», покинув помещение и поручив дальнейшее руководство заседанием своему «вице» Мартынюку.

То есть снова: «Я придерживаюсь мнения… но ничего не решаю».

Неудивительно, что такое поведение спикера уже привело к требованию оппозиции о снятии Литвина с должности. Но, по всей вероятности, стране (в смысле «государство — это я») пока действительно нужен Литвин. Точнее — его управляемые руки и легко контролируемый язык. На поиск человека, согласного признать себя почти нулем, потребуется время.

В завершение хотелось бы предложить Владимиру Михайловичу, при наличии у него хоть какой-то смелости, примерный текст следующего предвыборного выступления.

«Дорогие мои! Да, я не выполнил тезисов программы, с которой шел на предыдущие выборы. Да, я не бедствовал и был всегда невдалеке от власти. Да, в сложной для страны ситуации я не всегда свято следовал законодательству, а под моим руководством принимались документы, ухудшающие вам жизнь и не отвечающие букве закона. Да, мои смелые, порой, инициативы натолкнулись на рифы непонимания. Но ведь все это потому, что мне отчаянно мешали, вставляли палки в колеса, запугивали. В результате мое влияние свелось к представительской функции, а реальные механизмы власти я передал в руки избранных — кстати, вами — политиков. Но я об этом говорю прямо. Нравится это кому или не нравится. Все вышесказанное, как ни парадоксально, доказывает, что они боялись меня, лидера по-настоящему Народной партии. И потому в которой уж раз я говорю, что стране нужен Литвин. Верю в ваше понимание и поддержку».

И, бьюсь об заклад, Владимир Михайлович будет в составе новой Рады! А там — чем черт не шутит — и ее новым спикером…

Богдан ХМУРЫЙ