3

Александр Тимошенко: Юлю могли отравить где угодно…

Эпопея с обследованием Тимошенко продолжается. Первоначальное заявление Минздрава о проведении медобследования работниками его учреждений оказалось липой. Поскольку позже выяснилось, что оно не было углубленным, защита самой Тимошенко вообще назвала его визуальным.

Меж тем на днях Государственная пенитенциарная служба заявила, что экс-премьер и лидер «Батькивщины» вновь отказалась от обследования медицинской комиссией Министерства здравоохранения. Согласно информации пресс-департамента Пенитенциарной службы, комиссия Минздрава во главе с ее руководителем — первым замминистра Раисой Моисеенко прибыла в изолятор уже восьмой по счету раз. Однако, как и ранее, от предложенного медосмотра и лабораторного обследования Тимошенко отказалась.

Тем временем общество продолжают будоражить слухи о крысином яде и таинственных синяках на теле Юлии Владимировны. В чем причина конфликта сторон, чего хочет сама Тимошенко, какова вероятность нахождения компромисса и достоверность версии о крысином яде, рассказал муж Юлии Владимировны Александр Тимошенко.

— Скажите, пожалуйста, в каком состоянии находилась Юлия Владимировна на момент возникновения первых симптомов?

— Все знают, что она не жалуется никогда ни на что, даже если плохо чувствует себя. Те симптомы, о которых говорили, они есть, они видны. И врачи не сразу смогли понять, что это за заболевание. Потому что кровь, которую должны были забрать в качестве анализа, не разрешили нашим врачам забрать для исследования.

— То есть анализ взят, но кровь вам не дали забрать?

— Анализ крови не взят — просто был осмотр.

— А какие были симптомы?

— Были синяки на теле, лопнувшие сосуды и недомогание.

— Что вы намерены делать, чтобы взять кровь для исследования? Чем аргументировали свою позицию ваши оппоненты?

— Аргументируют тем, что есть приказ Генпрокуратуры не отдавать кровь, которая может быть взята из вены Юлии Тимошенко, в руки наших врачей, а доставить в МОЗ для официальных исследований.

— Насколько европейские представители готовы войти в эту комиссию?

— Готовы со всех сторон, мы предлагаем такие же варианты. Чтобы наш врач во всяком случае вошел в состав комиссии от МОЗа. Мы предлагаем любые варианты, чтобы можно было как-то понять, что с Юлией Владимировной происходит. Это могут европейские представители, наши врачи… Мы хотели бы, чтобы нам все-таки позволили взять анализ крови и исследовать его самим. Почему? Потому что врач, который ведет ее уже больше 10 лет, он больше ее знает, чем врачи, которые с ней никогда не работали.

— А врачу насколько давали возможность принимать участие в работе комиссии при первом обследовании?

— Минимально. Ему позволили просто на нее посмотреть и все.

— Насколько вы чувствуете поддержку Запада?

— Судя по публикациям, мне кажется, что уже полмира высказали свое отношение к этому делу. И представители зарубежных посольств — и европейских, и американских уже возмущены, и вчера было одно из сообщений, в котором было сказано, что с нашей властью по этому поводу разговаривать невозможно.

— Во время празднования Дня Независимости собрались представители разных политических сил — это сигнал того, что оппозиция объединена?

— Будем надеяться, что мы можем собраться и что-то делать с этим режимом.

— По вашему мнению, сколько еще может длиться процесс?

— Учитывая то, как они его ускоряют, они его хотят в быстром режиме провести, и я думаю, мечтают о том, чтобы вынести обвинительный приговор.

— А условия пребывания?

— Я думаю, что этот комфорт почувствует через несколько лет эта власть. Мы у них спросим потом, комфортно им в СИЗО сидеть?

— На сегодняшний вы видите вообще перспективу того, как можно это дело переломить?

— Мы будем делать для этого все. Потому что есть желание у миллионов людей, чтобы этот процесс уже закончился, чтобы вырвать Юлию Владимировну из СИЗО, чтобы она могла работать и быть в семье, рядом с родными. Потому что родные очень серьезно переживают. И не только родные, но и многие люди.

— Относительно крысиного яда подтверждается какая-то информация?

— Это все может показать анализ крови. Версий может быть множество, как и о том, где это могло произойти: в камере, в автозаке, в камере метр на метр, где она сидит, ожидая два часа суда.

— Вопрос в пище?

— Юлия Владимировна питается тем, что приносят из дому, оно поступает через окошко. Ее может даже запечатать наша сторона, но мы не знаем, что происходит с теми продуктами по дороге.

Андре САВАЖ