3

Зеркало революции

И хотя, в отличие от шевчуковской «Революции», нынче подразумевается не так называемая «Великая Октябрьская», а перевороты на постсоветском пространстве и в арабских государствах, барабаны конца 1980-х так же отбивают ритм в наших сердцах. За последние несколько дней их звучание можно было слышать, например, в тексте скандального законопроекта регионала Вадима Колесниченко, в предупреждениях замсекретаря президиума генсовета партии «Единая Россия» Андрея Исаева и воспоминаниях экс-президента Украины Леонида Кучмы.

Как мы уже писали, первый упомянутый деятель, хотя и не говорил об этом открыто, в своем законотворчестве оглядывался на опыт «оранжевой революции», а оба других и не скрывали значимости для них этого термина. И хотя и для Исаева, и для Кучмы события конца 2004-го — скорее со знаком «минус», но все же присутствует и серьезная разница в их подходах к достижениям (?) тех осени и зимы. Вот уж действительно Украина — не Россия, а украинцы — не русские.

Итак, в российской партии «Единая Россия» в преддверии парламентских выборов подозревают местную оппозицию в подготовке «оранжевых сценариев». Об этом заявил Исаев, которого цитирует агентство «Интерфакс». По мнению единоросса, либералы потеряли инструменты для участия в реальной политике и поэтому, скорее всего, будут делать ставку на делегитимизацию выборов как таковых:
«Эти действия направлены на то, чтобы значительная часть общества пребывала в предреволюционном настрое, чтобы Дума не просуществовала весь срок и чтобы повторились „оранжевые“ сценарии, опробованные уже на постсоветском пространстве. Сегодня все оппозиционные силы сплотились против „Единой России“ под лозунгом радикальной смены курса».

Итак, «оранжевые сценарии» для россиянина, судя по всему, есть абсолютное зло. При этом заметим, что он не говорит, например, о «тюльпановых», «розовых» и т. д. Наиболее показательна для него (как, наверное, для всей российской власти) именно украинская ситуация конца 2004 г. Он либо не задумывается вовсе, что привело к «сплочению всех оппозиционных сил» и «пребыванию значительной части общества в предреволюционном настрое», либо считает данные сплочение и пребывание результатом «всемирного заговора» и подкупа недовольных.

Можно, безусловно, по-разному относиться к результатам той революции. Но нужно ли говорить о том, что большинство из нас, стоявших на Майдане, никто не подкупал, а наше недовольство сформировалось из объективных факторов? Среди которых значительное место заняло игнорирование властями нашего волеизъявления? Если единоросс уверен, что для революции нет оснований, зачем понадобилось бить в набат? Или все-таки знает кошка, чье молоко слизала?

Что любопытно, при этом Исаев подчеркивает, что не имеет в виду партии КПРФ и ЛДПР, которые «заведомо согласились на роль вторых», а говорит именно о либеральных силах, которые представляют большую опасность. Вот оно, признание за коммунистами и жириновцами их реальной роли — приспособленчества, удобного движения в русле политики «сильнейшего». Они могу сколь угодно долго твердить о своей оппозиционности, но всем понятна их суть и никто их уже не боится. Думается, параллели с нашей КПУ весьма прозрачны.

Но главное, что, как написал один из комментаторов под информацией о фобиях Исаева, «нами пугают могучую империю, это наш успех и стандартные ФСБ-шные штучки». Заметим лишь, что «штучки» ниоткуда не берутся и для их эффективного применения всегда должна быть «основа».

Весьма специфическое представление об этой основе, как выяснилось, имеет и экс-президент Украины Кучма, продолжающий настаивать на том, что реальным победителем выборов 2004 г. был Виктор Янукович. Этот спорный тезис, по словам Леонида Даниловича на ежегодной встрече «Ялтинской европейской стратегии», подтвердили выборы 2010 г.

«Давайте согласимся с тем, что человек, который пытался прийти к власти не вполне законным путем, никогда в истории не мог победить на повторных выборах. Народ не глуп», — отметил Кучма.

«Мы, политики, очень часто его недооцениваем. И тогда, и сегодня победил Янукович. Доказав, что победа его была неслучайной. Я рад, что мы прошли ту пятилетку. Потому что действительно смена власти должна происходить. У людей должна быть возможность сравнить, кто есть кто», — уточнил экс-президент.

Не исключено, что говоря это, Леонид Данилович сознательно лукавил, пытаясь выдать желаемое за действительное. Ведь почему-то, говоря о «вторичной» победе Януковича, Кучма «забыл» о том, что главную соперницу Виктор Фёдорович обошел всего на 3% голосов. То есть ни о каком единстве народа не было и речи. Даже самого умного. И это вопреки всеобщему разочарованию в результатах «оранжевой революции» и, соответственно, в ее лидерах. Именно в этом разочаровании, как представляется, неслучайность прихода Януковича и К°. Но разочарования без шанса любимчикам быть не могло. Как и без фанатичного доверия к ним. Так не стоило бы Кучме снова «петь» о легитимности Виктора Фёдоровича образца 2005-го. А то как бы не пришлось в 2015-м, руководствуясь этой же логикой, говорить о легитимности второго пришествия Януковича, уже сейчас имеющего поддержку на уровне 15%.

Между тем, нельзя и умолчать о публичном признании Кучмой того факта, что «оранжевая революция», лишившая власти его выдвиженца и заставившая изрядно понервничать всю «бело-голубую» команду, имела и положительные стороны.

В частности Леонид Данилович заявил, что в ходе «оранжевой революции» украинцы доказали свою цивилизационную принадлежность к Европе.

«Самое первое и самое важное отличие украинской революции от арабских — уважение к жизни человека, неприменение силы. Нужна была воля президента, чтобы правоохранительные органы и силовые структуры действовали в рамках закона. И надо отдать должное всем политическим лидерам — и „бело-синим“, и „оранжевым“ в том, что мы не допустили применения силы», — заявил Кучма.

Конечно, можно все списать на желание Леонида Даниловича постфактум приписать себе мирное развитие событий. (Ведь многие небезосновательно считают такой исход результатом тайных договоренностей между уходящими из и приходящими во власть, а также европейским давлением.) Но красноречивым может стать и сравнение этих слов экс-президента с сетованиями российского политолога Глеба Павловского о том, что «революции вовремя не дали по морде». А ведь тогда Глеб Олегович считался одним из главных идеологов путинского режима вообще и «Единой России» в частности. И так ли много в этой идеологии изменилось сейчас, если та наша победа для них до сих пор является удобным жупелом?

«Мы доказали, что мы — европейцы. И мы в этом смысле поддержали и Европу. Сложно себе представить, что было бы, если бы ситуация пошла по другому сценарию», — резюмировал экс-президент.

Впрочем, если судить по тому, что предлагает Колесниченко, член украинской партии власти, рассматривающей ЕР как образец, свою европейскость в ближайшее время еще придется подтверждать всем конфликтующим сторонам.

Как утверждалось вскоре после той революции, о которой в конце 1980-х пел Юрий Шевчук, «есть у революции начало, нет у революции конца». И ее бесконечность, подтверждаемая в том числе и на постсоветском пространстве, вероятно, является следствием до сих пор не выученных уроков истории.

«Ты (?) научила нас верить»? «Несправедливость (?) добра»?

Виталий ГРЫМОВ