5

Роковой излом Донбасса: станет ли он с колен перед озверелыми рабами Москвы?

Но пришел март 2014…

Пришла кровавая «Русская весна» на украинскую землю. Принеся  с собою "информационную войну" и войну настоящую, горячую: кровь, смерть, разрушения, новых вдов и сирот. Сегодня в огне Донбасс. И  именно там решается вопрос: «быть или не быть» свободной, суверенной, демократической Украине.

На Донбассе война с российским агрессором началась не вдруг, не внезапно, но еще более вероломно. Не было  канонады в 4 утра, не было  всего того, что так знакомо нам по фильмам и книгам о том июньском утре. Все было проще, обыденней, иначе. Об этом «иначе» и рассказали нам наши гости, четверо студентов одного из донецких вузов, которые пришли в наш штаб Рады Громадської безпеки, пришли и сказали: «Здравствуйте, мы из Донецка…».

Сказать, что это была сцена из Гоголя – ничего не сказать, ибо четверо молодых и симпатичных ребят казались  одесситам пришельцами из  другого мира. «Что там, как там, как вы добрались?»  - вопросы сыпались на ребят градом,  а за этим «градом» стоял основной вопрос – как же так случилось, что целый регион, несколько миллионов граждан Украины вдруг стали  «населением зоны военных действий»?

— Все началось в марте, когда победил Майдан, - рассказывает наша гостья - Когда были события в Киеве, люди в других городах выходили на митинги, за границей поддерживали украинцев, восставших против власти. А у нас было тихо, люди были  аполитичны, жили своей жизнью. Несколько раз, за весь период восстания, выходили люди с плакатами «Донецьк, досить мовчати!», но тогда еще никакой угрозы и никаких притеснений для украинских патриотов не было.

Да, обзывали «майдаунами», но с флагом пройти по улицам города еще было можно.   И трудно сказать, что именно стало точкой  отсчета, которая привела к войне... Когда в Киеве сменилась власть, то вроде бы все должны были радоваться, а возникла ненависть к новой киевской власти.

— А чем не нравилась власть? Какие были претензии?

— Да трудно сказать. Кличко  сразу вдруг разлюбили, возмущались, «почему он полез во власть?», Порошенко – «предатель и олигарх, поддерживал Майдан», Яценюк – «сильно умный»… Какая-то непонятная ненависть…. И примерно в марте стали появляться на улице мужчины в масках, с битами, но еще без формы, одеты кто в чем, а местная власть их называла «мирными жителями».

На улицах появились плакаты «Янукович, вернись!» - и все ведь знали уже о Межгорье, о том, что этот человек сбежал, что он уголовник. «Уголовник, зато свой!» - вот и весь ответ.

Тогда же в марте на площади Ленина появились палатки, людей в этом «лагере» стало прибавляться.  Я ходила туда, пыталась с ними общаться, но ничего, кроме рассказов о необходимости автономии для Донбасса, я не услышала. Правда, я увидала там пачки из-под российских сигарет, без украинских акцизных марок, пачки, которые валялись под ногами, в урнах.… И еще, эти люди совершенно не знали город, они даже в центре не ориентировались,  спрашивали, где магазины и где можно деньги поменять...

— А зачем им нужна автономия, они объясняли?

— Да, конечно, автономия им нужна была для того, чтобы, как Крым, объявить о своей независимости, и, потом - присоединиться к России.

— В Донецке люди знают, как там, в России,  живут?

— Понимаете, очень мало, кто был в России, если и были, то в Москве или Петербурге, они не понимают, как живут малые города, как будет жить Донбасс, если станет частью РФ.

— А когда появились русские войска?

— Батальон «Восток»? Примерно в апреле появились в городе кавказцы, они патрулировали улицы, проверяли машины, но пока не началось АТО, они не были опасны, просто было неприятно их  видеть и понимать, что ты находишься в оккупированном городе.

— Как изменилась обстановка, с началом АТО?

— С началом АТО был введен комендантский час, уже в  десять вечера город   мертвый, патрули на каждом углу. Стали досматривать такси, и если им покажется, что машина проехала «слишком быстро», то могут и стрелять. Знакомые говорили, что были случаи, когда людей из их собственных домов выставляли на улицу и только потому, что их дом или квартира подходят для «огневой точки». С автомобилей стали снимать номера с украинским флагом, а высказывать свое мнение об оккупации либо выказывать симпатию к Украине стало смертельно опасно. Причем, всех, кто, так или иначе, недоволен ситуацией сразу зачисляют в «Правый сектор», а это уже фактически приговор… Мой однокурсник был очень сильно избит за то, что принимал участие в каком-то пикете с флагом Украины, пикет и 10 минут не продержался...

— А как население относится к украинской армии?

— Те, кто относятся позитивно, как правило, уезжают из Донецка. Но для основной массы населения, насколько я знаю, и слышала, это «украинская армия фашистов, которая убивает людей» и т.д. Все, что говорят по телевизору...

— У вас есть там украинские каналы?

— Нет,  конечно, только российские. Украинские события мы можем узнать из интернета, интернет пока есть.

-  Как повлияли эти события на вашу студенческую жизнь, каковы настроения студентов?

— Настроения разные. Те, кто был в Европе и в РФ, естественно хотят европейского будущего для Украины. Те, кто нигде не был – живут мифами и повторяют российские новости. Но о том, будем ли мы заниматься завтра, узнаем накануне вечером. Сейчас наш вуз вообще закрыт, а экзамены мы будем сдавать по интернету. Когда я получу диплом, а я заканчиваю бакалавриат,  не знаю. Довезут ли его из Киева?

— Как ты думаешь, каковы перспективы у Донбасса в дальнейшем?

— Если украинская  армия победит, то Донбасс останется очень криминогенной зоной, даже если оружие и заберут, то все равно у кого-то оно останется, ибо оружие – это власть и силы. Но в такой регион не приедет никто, не придут инвестиции.  Сейчас шахты работают. А что будет потом -  никто не знает….  Ведь все очень боялись Соглашения об Ассоциации с ЕС именно потому, что все предприятия и шахты – убыточны, ходили слухи, что всё закроют,  ведь наша продукция не соответствует стандартам ЕС. На Донбасс приедут иностранцы, построят свои заводы, а людей выкинут на улицу. Ну, и конечно, мифы о гомосексуальных браках. Никто из тех, с кем я общалась (возраст здесь не имеет значения), кажется мне, вообще не понимает, что Соглашение  - не членство в ЕС, что множество стран имеют подобные Соглашения и это всего лишь экономические возможности, а не членство в Евросоюзе.  Но у нас люди  живут мифами и страхами….  Ну, а если Украина проиграет….   Мне трудно представить, об этом страшно говорить…

— Как вы сюда добирались?

-Почти без приключений. Отец, минуя блокпосты, привез  нас в Ясиноватую, а там мы на поезде доехали в Одессу. У нас об Одессе много говорят, на каждом блокпосту  надписи: «Одесса, мы с тобой». По телевизору показывали, как раненых людей добивали ногами…

— По российскому ТВ?

— Да, конечно….  Но мы приехали и увидели, как в Одессе спокойно, здесь  совершенно нет войны.  И  никакая «помощь» Одессе не нужна,  и никаких «фашистов»  здесь тоже нет.

Одесские выпускницы 2014-го показали, кто здесь истинный патриот...

Я слушала эту девочку  и понимала, что ее внутренняя грань между войной и миром, ее опыт жизни под пулями,  здесь, в Одессе, нами еще не совсем осознан. У нас был горький опыт трагедии  Второго мая, у нас есть проблемы в Гагаузии и Бессарабии, частях одесской области, где большинство людей  лишено достоверной информации, где транслируются российские каналы, а уровень жизни и образования населения оставляет желать лучшего. 

Но мы уже готовы к провокациям, мы знаем, что нам делать,  наши  одесситки ходят на курсы медпомощи, а одесские мужчины вечерами патрулируют улицы города город. И все понимают, что город никому никто не сдаст, а русские войска  встретят такое же яростное сопротивление, как немцы в августе 1941 года.  А пока у нас одесское лето в  мирном городе, и это дорогого стоит. Свой «март» мы  уже пережили в мае.

P.S. По просьбе наших собеседников,  из соображений их безопасности, имена ребят и название учебного заведения, в котором они учатся, не  названы.  Ребята возвращаются в Донецк.  Туда, где идет война…

Елена ФИЛОНОВА,

Одесса