3

О своевременности: Перезревшие нужды дня

Вплоть до революции правоохранительные органы Украины в основной своей массе выродились настолько, что занимались вещами прямо противоположными заявленным обязанностям, - напоминает anti-colorados с Линии обороны. - Все прекрасно знают, как работало ГАИ. Тут даже комментировать нечего. Но по такой же схеме работали и остальные. Например, было отдельное подразделение по борьбе с наркотиками. Эти джентльмены устанавливали «крышу» над своими барыгами и спокойно их доили, не забывая делиться с начальством. При этом иногда они прихватывали приезжих барыг или курьеров, на которых и делали свои показатели. Характерно, что изъятая у них дурь якобы уничтожалась, а на самом деле – уходила в сеть своих продавцов. Доходило до смешного, все окрестные жители точно знали, кто торгует наркотиками, но борцы никак на это не реагировали. На случай проверки, барыги показывались ценными агентами, которые дают оперативную информацию. Розыск и ОБОП настолько плотно контактировали с угонщиками автомобилей, квартирными и прочими ворами и грабителями, что различия между ними были минимальными как по конечному результату, так и по манере поведения, а особенно – по лексике.

Часть 1. Герметизация границ

Но самыми интересными делами занимались борцы с экономической преступностью и прокуратура. Это был высокопрофессиональный и крайне эффективный рэкет. Они обкладывали данью малые и крупные предприятия, принимали участие в отжиме собственности и прочих героических делах. В этом нет никакой тайны, ибо многие с этим сталкивались и почувствовали на своей шкуре. Но нам интересен основной прием, который они использовали для достижения материальной выгоды.

Корни этого метода лежат в совке, хоть и имели другое применение. Смысл метода заключался в том, чтобы создать клиенту такие невыносимые условия, чтобы интересующая «органавтов» проблема была для клиентов не самой страшной или тяжелой. Грубо говоря, клиенту показывали альтернативу: либо он уступает свой бизнес, либо его посадят лет на 10. До этого момента уже шло следствие и, как правило, речь уже шла об избрании меры пресечения. В этот момент клиенту и предлагался выбор: либо подписать вот эти бумажки, либо прямо из этого кабинета отправиться в цугундер. В основном – подписывали. Тут важно то, что специалисты умело сдвигали шкалу проблем и подавляли волю пациента к защите. Это – старая манипуляция, хорошо известная прокурорским, ментовским и конторским деятелям, и теперь мы видим, что этот самый метод сейчас активно использует Россия против Украины.

Поскольку прямой силой достичь желаемого результата не удалось и уже ясно, что не удастся и впредь, Москва запустила веер методов, которые должны сместить внимание публики на другие проблемы, большую часть из которых будут созданы теми же людьми по открытым каналам общения.

Сейчас мы наблюдаем активизацию прямой и косвенной агентуры РФ в информационном пространстве. Причем эти агенты как доморощенные, так и заезжие. От Альфредов Кохов, которые рассказывают о том, что во львовской церкви обнаружили, что украинские православные воюют с русскими православными, до целых телеканалов, которые либо деньгами, либо другим образом привязаны к Москве, все несут одну мысль, что война – следствие ссоры олигархов, а народы – братья.

Еще более года назад мы отмечали появление подобной риторики, но сейчас она стала массированной и всесторонней. То есть она стала основным методом ведения войны. В этом плане довольно интересно выглядит оценка недавней кибернетической атаки против Украины, осуществленной из РФ. Кроме всего прочего, целями атаки названы: эффективное заметание следов предыдущих взломов и постановка спящих агентов, которые будут активизированы в нужный момент. Тактика РФ, показанная в киберпространстве – калька того, что они делают в реальной жизни. Сейчас их единственная надежда – отвлечь внимание населения от того, что они ежедневно убивают наших людей и продолжают оккупировать наши территории, что они истратили миллиарды долларов на то, чтобы скупить в Европе Лепенш, Аграмунтов и прочих Шредеров, чтобы через них торпедировать вхождение Украины в Европу.

То есть Москва вкладывает гигантские средства для того, чтобы отвлечь наше внимание от их исключительно разрушительной программы. Они не хотят, чтобы мы видели кадры, на которых их военные пытают и убивают людей в Украине и Сирии. Причем, они не хотят, чтобы мы именно видели это, а не прекращают это делать. Они хотят убивать, но не хотят, чтобы мы знали, что это они убивают, ибо тогда они могут рассказывать сказки о мире, дружбе и жвачке.

Как мы отмечали выше, все это возможно лишь по причине еще открытых каналов влияния, которые остаются таковыми и сейчас. Так, происходят перманентные скандалы по поводу запрета на въезд в Украину российской попсы, которая ездила в Крым через территорию РФ. Но фокус в том, что не вся попса туда доехала, и тогда она приезжает во Львов и рассказывает про «крымнаш», и там уже видимо настолько мусорная тема выжгла мозги, что публика никак на это не отреагировала. Теперь следует ждать в гости еще больше подобной дряни, которая закидывает нам в тыл четко продуманные деструктивные программы.

Это возможно потому, что у нас не граница с агрессором, а решето. Мы до сих пор предоставляем льготный режим пересечения нашей границы россиянами и их пребывание на нашей территории. Тут очевидна полная неадекватность ситуации, особенно – нынешней. Уже давно должны быть введены визы и тема приезда различных гастролеров закроется сама собой. Визы должны выдаваться в редких и исключительных случаях. Просто шастать в Украину гражданам страны агрессора – нечего. По-хорошему, граница должна быть закрытой вплоть до окончания войны, а там – видно будет.

***

Часть 2. И дезинфекция информпространства

Далее, выясняется, что даже бухгалтерские программы, типа «медок», являются контейнерами для российского кибернетического оружия. Помнится, совсем недавно поднялся вой по поводу запрета на программу 1С, но не прошло и пары месяцев, как российский софт показал себя во всей красе. Отсюда следует сделать простой вывод: любой российский софт или то, что сделано с российским участием следует рассматривать как потенциальную угрозу и как возможный контейнер вредоносного кода. То есть, само использование этой дряни должно рассматриваться как пособничество в преступлении кибернетического характера. С этим надо заканчивать жестко и навсегда.

Следующий, довольно неприятный, вопрос касается СМИ. Ясно, что мы идем в Европу и основные принципы и свободы должны быть незыблемыми. Но надо учитывать два момента, которые уже давно надо доносить до наших партнеров. Первый из них выглядит следующим образом.

Никто из наших европейских партнеров не позволил бы распространение у себя в стране «Фолькише беобахтер» или газет, финансируемых Ялмаром Шахтом, во время Второй Мировой Войны. Даже вялая попытка сделать нечто подобное, закончилась бы на вешалке с пеньковой веревкой. По этой причине и мы, находясь в состоянии войны, должны полностью и окончательно ликвидировать СМИ, ведущие антиукраинскую, пораженческую пропаганду или те органы массовой информации, которые прямо или опосредованно финансируются из России или россиянами. Просто ради интереса каждый может себе представить реакцию РФ, если в ее основную сетку воткнуть хотя бы УТ-1, или обзор их прессы в новостях начнут с «Линии обороны».

Список таких газет или телеканалов давно всем известен и ситуация тут выглядит примерно так же, как то, что демонстрировал ОБНОН. Все точно знают адрес барыги, торгующего ширкой или даже место, где варят эту дурь, а милиция ходила кругами, ничего не замечая. Так и здесь. Мы имеем разветвленную сеть рупоров противника, которые подыгрывают ему в критические моменты. Мало того, уже задокументированы случаи, когда журналисты якобы наших СМИ работают в связке с журналистами противника и проникают в зону боевых действий, что приводит к перетоку оперативной информации к противнику и гибнут наши военные.

Это говорит о том, что наши журналисты, прямо или втемную, выполняют роль агентуры противника. Причем, это не простые граждане, которые слабо представляют методы сбора и передачи информации, а профессионалы, которые больше ничего не умеют делать. Кроме того, журналистское удостоверение расширяет возможности агента практически до максимально допустимых в данной ситуации. Причем реакция на вскрытие этих фактов показывает, что такие журналисты и впредь собираются вести эту же самую деятельность. Им даже плевать на тех погибших военных, которые лишились жизни из-за их действий. То есть, тут речь идет уже не о какой-то ошибке, а о вполне осознанных и намеренных действиях. То есть, журналист работает в интересах противника в период войны.

С этим абсурдом пора заканчивать и отсекать все российское не по видимым враждебным признакам, а по определению. Пока мы не научимся реагировать жестко и автоматически, мы сознательно пускаем к себе троянских коней, будь то компьютерная программа, артист или журналист. На четвертом году войны это должно быть само собой разумеющимся.

anti-colorados