7

Маріам Найєм: не хочу нікого копіювати

Мистецтво – це та планета, на якій ми можемо робити все що заманеться, це планета – де ми можемо відкрити себе світові, це планета – де чимало непотрібу під назвою «мистецтво», але там можна відшукати справжні Таланти. Сьогодні, прізвище Найєм заграє зовсім новими яскравими барвами, постане в новому світлі.

- Маріам, наскільки я знаю, ти навчаєшся в КНУ ім. Шевченка на факультеті культурології та в Міжнародному Соломоновому Університеті на юридичному факультеті. Скажи, як ти прийшла до образотворчого мистецтва, ти десь цьому навчалась?

- Меня отдали родители на рисование, когда мне было шесть, так что я начала рисовать раньше, чем пошла в школу. Я совершенно не думала, что буду этим заниматься, это было как часть саморазвития (родители очень много уделяли этому внимания). Так что самой цели, как таковой, не было. Пришла я к тому, что рисую, судя по всему, не просто для себя, где-то года два назад.

— Хто або що тебе надихає на створення картин? Чи ти шукаєш це натхнення всередині себе?

- Я не люблю говорить громких фраз, типа «порыв», «вдохновение». Сложно сказать, просто есть желание, которое можно выразить, это не мысли, а несовершенство мира. Все достаточно банально, это из серии «хочу нарисовать камень», а потом беру и рисую.

— Маріам, в тебе є свої особливі «ритуали» перед початком роботи над картиною?

- Понимаешь, как тебе сказать… Ты же не настраиваешься перед тем как дышишь, правда? Тоже самое, единственный ритуал, который есть - это уборка с моего стола и подготовка кисточек, на этом все заканчивается. Нет смысла ритуализировать, потому что ритуал, это нечто особое, а то, что я делаю, это ежедневная работа, рутина.

— Чи довго ти працюєш над своїми картинами?

- Я работаю слишком быстро и я это понимаю. Вообще, в среднем, одна работа - месяц. Сейчас я рисую картину большую по обьему. Она, наверное, будет самая, самая, самая, ну как всегда думаешь, лучшая твоя работа. Я её рисую уже третий месяц, и, скорее всего, буду рисовать еще месяца два. Это самая большая работа.

— Чи буде ця картина на твоїй наступній виставці?

- Это будет диптрих. Я не хочу выставлять эти работы отдельно, сначала доделаю и одну, и вторую, а потом уже на выставку.

— Чи вкладаєш ти у свої роботи соціальний підтекст? Можливо, ти хочеш донести суспільству якісь проблеми? Чи просто це власний політ фантазій?

- Если ты заметила, у моих картин нет названия, нет объяснения, на них ничего не написано. Вот заходите вы в какой-то типичный музей, типичную выставку, видите картину, допустим, размером 25 на 25 сантиметров, и рядом висит объяснение. Это говорит о том, что все можно объяснить, и зритель должен понимать так, как там написано. Я с этим абсолютно не согласна. Я считаю, что ты пришла, посмотрела на работу, выдумала что-то свое и считаешь, что это так, и это должно быть так. То есть, я не навязываю свою точку зрения. Я не считаю, если я вкладываю какую-то мысль, это не может иметь воплощение в другой идее. Поэтому я специально не пишу никаких объяснений, чтобы не привязывать человека к ним. А если у зрителя появится вопрос о том, что я имела в виду, я спокойно отвечу.

— Скажи, як тобі вдається поєднувати навчання в двох університетах з творчістю?

- Я еще и работаю. Понимаешь, я не считаю, что стоит думать о том, что нет времени. Нет желания, и только это всегда мешает. Я искренне тебе говорю, я до сих пор думаю, что много ленюсь. Я даже не ощущаю, что много работаю, как такового, ощущения нет.

— Маріам, скільки часу ти готувалась до своєї виставки?

- Я отослала свои работы (спасибо Freed House), и мне сказали: «Первого числа будет выставка». Это было за неделю. Я быстро всех собрала и привезла. Я к этому не готовлюсь. Для меня самое сложное - это открытие, потому что я не люблю эту формальность, что-то надо говорить. А рассказывать о своих картинах, это как рассказывать о своих друзьях – ты можешь говорить о них весь день или просто молчать. Мне сложно это делать.

— Чи є художник, якого б ти хотіла наслідувати?

-Нет. Есть художники, которых я уважаю, хотя я уважаю всех художников. Есть художники, которые меня восхищают сложностью жизни, сложностью пути, есть художники которые меня восхищают смелостью. Но я не хочу никого копировать.

- А чим ти займаєшся у вільний час?

- Я считаю, что нельзя себя ограничивать. Если ты говоришь: «Все, я не могу!», значит у тебя никогда это не получится. Я знаю, что моя цель – стать художником. Я не питаю иллюзий, я не хожу и не думаю, что буду рисовать бабочек, и все сразу хорошо. Я прекрасно понимаю, что для того, чтобы добиться чего-то, надо работать. У меня есть высшее образование. Я очень благодарна факультету культурологии, потому что это меня саморазвивает. А юридический факультет – это спасибо родителям, я не бросила, потому что они попросили. У меня есть друзья, с которыми я провожу время. Смотрю фильмы периодически, когда получается. Скажу тебе по правде, я не хожу на выставки, вообще, потому что мне больно это. Да, больно. Свободного время мало, поэтому это сон, друзья, картины.

- Маріам, які маєш плани на найближче майбутнє?

- Это, наверное, так банально... Мне кажется, нет прекрасней ничего, нет... есть конечно вещи важнее, но очень важно понять в жизни, чего ты хочешь. Я хочу заниматься этим, я хочу этим зарабатывать. Мне нравится моя работа, у меня замечательная работа, но я хочу рисовать, я знаю. Я не хочу быть культурологом или юристом, я хочу продавать картины. Мне хотелось бы в ближайшем будущем что-то с этим делать. Но понятно, что в силу какого-то внутреннего ступора, я очень боюсь что-то делать. Когда ты сравниваешь себя с теми людьми, которые в игры играют, тебе кажется, что ты никому не нужен. Когда ты сравниваешь себя с теми, кто выигрывает, ты понимаешь, что кто-то может солгать, слицимерить и выставить что-то под твоим искусством. А я слишком искренная в этом, мне страшно. Я очень хочу это страх преодолеть.

- Як ти оцінюєш теперішню ситуацію в Україні. Чи віриш ти в євромайдан?

- Я очень далека от политики, но какие-то гражданские обязанности, которые должны быть у каждого, они есть. Я достаточно скептически отношусь к таким вещам, но я не могу в это не верить. И тут уже дело не в евроинтеграции. Вот спросишь у людей, которые там стоят: «Что ты думаешь о майдане?», и все говорят разное, я, наверное, тоже не буду исключением. Тут дело в изменениях, когда наступает какой-то ступор, и ты понимаешь что дальше уже нельзя. Я была на майдане в первые же дни. Понятное дело, что евроинтеграция, во многом, негативно отразится на украинской экономике, но я, опять-таки, не специалист в этом. Но тут дело выбора, дело изменений. Во многом, это желание поверить в то, что мы еще способны что-то поменять. И дело даже не в цели, а в вере в это. Мне хотелось бы верить, что будут какие-то изменения, но я ничего не загадываю. Я просто буду делать то, что от меня зависит, я буду сама в это верить. У Radiohead есть песня «Optimistic», там такие есть слова: «Если ты стараешься как можешь, то этого достаточно». Я стараюсь как могу, и если что-то получится, я буду рада, а если нет, я буду знать, что все делала для того, чтобы получилось.

Екатерина МУЗЫЧУК