2

Невозможного мало, когда желание заниматься любимым делом превышает боязнь и лень

- Алла, сегодня Вы солистка Национальной Оперы, это лучший жребий, который только может быть у оперного артиста в Украине. А с чего все начиналось, Вы помните?

Было три вещи с раннего детства, которые я любила - театр, танцы и музыка. Я не думала, что буду оперной певицей. Как все дети в музыкальных школах и не в музыкальных, тем более, школах, посмеивалась над оперными певцами, когда они пели свои арии.

- Вы хотели быть певицей?

Певицей? Возможно. Эстрадной. Мне нравилось все, что связано с пением, но более того мне хотелось быть актрисой. Наверное, половина девочек во всем мире хотела стать актрисами. Но я  была жутко стеснительной  и страшно боялась выходить на сцену,  тем не менее, мне очень хотелось, и это «очень хотелось» превышало боязнь.

- Как произошел переход от желания быть актрисой к игре на скрипке?

Моя мама была непосредственно связана с музыкой, поэтому все дети (нас трое детей в семье) занимались музыкой, это было естественно.

И скрипку я не выбирала, мы пришли с мамой  поступать в музыкальную школу по  классу фортепиано, и педагоги просто сказали, что у меня хороший слух, хорошие данные, чтобы заниматься скрипкой. А мама, человек творческий, решила, почему бы и нет. Так все и началось.

- И Вы начали заниматься. Я даже подозреваю, что у Вас очень хорошо получалось.

Абсолютно обыкновенно,  как мне казалось. Но мамина подруга как-то очень зорко  посмотрела на мои занятия и сказала, что было бы неплохо отправить меня в специализированную школу. Так мы поехали во втором классе поступать в десятилетку в Киеве, в школу имени Лысенко для одаренных детей. И, пожалуй, эта школа в дальнейшем мне очень помогла.

- Вы нашли своего педагога?

Дело даже не в педагоге, в школе был высокий уровень преподавания всех предметов, не только специальности.

Но так получилось, что, как все дети, я была ленива. И эту школу я не окончила. Проучилась три года, два из которых были очень неплохими и сулили успехи, а на третий, переходной и конкурсный, мама ушла в декрет, мной никто не занимался, и с педагогом у нас сложились, такие скажем, прохладные отношения. Хотя педагог мой был очень хороший, особенно для тех ребят, которые уже постарше. А мне, совершенно одинокому ребенку, который жил в интернате без родителей, хотелось другого, прежде всего душевного тепла. Я стала убегать с уроков. Вот, наверное, это чувство одиночества, которое я испытала тогда, повлияло на выбор профессии и меня изменило. Совершенно.

- Добавило сил или что-то забрало, лень, например?

Лень ушла в достаточно взрослом возрасте, вернее лень заниматься скрипкой, но в том возрасте она присутствовала. Потому что я не понимала, чем занималась. Очень любила пианино, но основной моей специальностью была скрипка, и надо было заниматься ею, а почему-то не хотелось. И мама меня забрала из школы.

- Как Вам хватило сил остаться в музыке после этого?

Сил хватило моей маме, мы вернулись домой, и она устроила меня в обычную школу, чтоб я закончила семь классов музыкальной школы. Возможно, любви к скрипке не получилось, потому что мне не попадался педагог, который бы меня увлек.

- И вот девочке Алле 13 лет, она закончила 7 классов музыкальной школы, она довольная и счастливая…

Да, что наконец-то этот ужас закончился.

Мама видит, что идет 8 класс, после которого можно было бы поступать в училище, а скрипка заброшена. Совершенно. И девочка неуправляема. И мама сделала ход конем, повела меня на концерт народной музыки, где в коллективе играла молодежь моего возраста. И, кроме того, что мне понравилось это все, в коллективе был мальчик, который мне очень нравился. Иногда это тоже бывает дополнительным стимулом.  Маме не пришлось меня уговаривать.

Я сразу же влилась в коллектив, меня приняли с удовольствием, скрипачи были на вес золота. Буквально через две недели тот мальчик мне разонравился, но сила искусства потянула за собой серьезно. И уже тогда, поиграв в этом коллективе, созрело желание

- Петь?

Нет, не петь - выбрать путь музыканта.

- И дальше?

И дальше, после окончания школы, я поступала в училище, но как-то с Киевом не складывалось, очень тяжело было, не получалось.

И мы почему-то выбрали Житомир, как оказалось, к счастью. Поступила я с легкостью, мне попался очень сильный, интересный  курс, но к пению я пришла совершенно через другое. На базе Житомирского музыкального  училища существовал хоровой коллектив (сейчас он известен как «Орея»).

Этот коллектив был грандиозного уровня, с потрясающе интересным руководителем, способным увлечь за собой и совершенно не стандартным. Когда я услышала их репетицию, то вдруг поняла:  мне очень хочется этим заниматься. В то время как раз было прослушивание в коллектив. Преодолев страх, я решила попробовать.

В этом коллективе я проработала четыре года. С ним объездила много стран, много конкурсов. Мое становление как музыканта я связываю, прежде всего, с именем руководителя этого коллектива – Александром  Вацеком. Здесь совершенно изменилось мое  отношение к музыке.

- Лень прошла?

Да, вы знаете, когда сталкиваешься с тем, что становится очень интересно, лень проходит.

- И все же, как Вы себя мотивируете на регулярный труд?

Среди оперных певиц ленивых нет, потому что это колоссальный объем работы – опера поется на языке оригинала, а это итальянский, французский, немецкий. Весь материал нужно разобрать и досконально выучить, ведь нужно понимать не только, что пою я, важно еще понимать, что поют мне. И если человек ленив, он просто не сможет работать в нашей сфере, он потеряется по пути. Так что абсолютно все певицы, особенно те, которые поют главные роли, все не ленивые. Кроме того, есть еще очень серьезная вокальная конкуренция, которая заставляет быть в форме, повышать свой уровень, стремиться вперед.

- Алла, а как Вам удается успешно работать в условиях высокой конкуренции в недружественной среде?

Это сложно. Я просто очень люблю свое дело и на многое закрываю глаза.

- Платите собой?

Где-то да, бывают моменты, когда приходится не реагировать на какие-то вещи, которые, возможно, в обыденной жизни меня бы обидели очень сильно.

- Насколько большой коллектив Оперного Театра?

В Оперном Театре огромный коллектив, а если еще учесть, что у меня сопрано, а это самый распространенный женский голос…

- Не самый простой путь.

Да. Но я прошла серьезную школу терпения, когда уже решила  быть  оперной певицей и начала поступать в консерваторию.

- Киевскую?

Да. Первый раз я была еще неопытна, скажем так, и не поступила. Во второй раз я заболела бронхитом. Жестоко! Тоже не поступила.

И если первый раз, будучи неопытной, я прошла хотя бы во второй тур, то во второй раз, будучи хорошо готовой, я не прошла даже первого тура из-за болезни.

Все бы бросить, да? Ан нет!

- Почему? Что вам давало силы стремиться?

Вера, и какая-то сила свыше, и упрямство. Я очень упряма. Часто в детстве бывала наказана именно за упрямство.

- Опираясь на что, Вы принимали сложные решения в ситуации финансовой нестабильности?

Думаю, если бы я начала думать о том, как моя работа будет оплачиваться, у меня ничего бы не получилось. Я отгоняла эти мысли от себя. В 90-е годы, ужасные с финансовой точки зрения, это было не сложно.

Мне просто хотелось заниматься своим делом, почему-то была вера, что у меня получится и как-то все будет хорошо. Я не могу сейчас этого объяснить рационально.

- И Вы решили дождаться, как бы то ни было, своего счастливого стечения обстоятельств, как долго Вы ждали?

По началу, очень долго. Не поступив два раза в консерваторию, я с отчаянья поступила в два института в Киеве, связанные с музыкой (Педагогический институт и институт Культуры). Но это было не то, к чему я стремилась. И наконец-то с третьего раза поступила в Киевскую консерваторию на подготовительное вокальное отделение. Отучившись два года, и неплохо, на втором  году обучения  я приняла участие в проекте киевского дирижера Романа Кофмана - в его постановке оперы «Кармен». Эту постановку он готовил к своему юбилею на базе консерватории. Именно потому, что выбирал исключительно он, я попала в проект. Спектакль был выпущен к тому времени, когда я должна была поступать на основной курс, но даже это не помогло мне поступить… Какой-то рок!

- Что помогло справиться с таким поворотом событий?

Когда мне было очень плохо, и я не могла дать себе ответ на вопрос «почему?», я отпускала все и думала: «Господи, наверное, ты готовишь мне что-то намного лучшее, я просто должна потерпеть».

И я поступила в Одесскую консерваторию на подготовительный курс.

А может быть, это судьба моя такая, может, мне нужно было поступить именно в Одесскую консерваторию для того, чтобы встретить своих педагогов, чтобы они меня научили тому, что я сегодня умею, чтобы встретить моего мужа.

А в Одессе все пошло очень быстро и очень хорошо, после окончания подготовительного курса я сразу же поступила на третий курс консерватории. Мне очень подходила именно одесская манера преподавания вокала: она ближе к европейской. Мой педагог – Елена Стаховская  – замечательный музыкант, окончившая консерваторию как пианистка у легендарного педагога – Людмилы Гинзбург, также вокальную аспирантуру в Австрии! Чего лучшего могла я еще себе пожелать?

- Закончился период учебы, как Вы попали в Киевскую оперу, это же было что-то из разряда невероятного?

Это -  фантастика! Я закончила консерваторию (наконец-то!). Первой моей основной работой была Одесская филармония. Также я работала в Одесском Оперном Театре, официально  это называется «на разовых» и значит, что если вдруг все, кто работает (из основного состава),  заболели, вдруг что-то случилось и никто не может, тогда приглашали меня. Так что практических возможностей петь было мало.

Отработав чуть больше года в филармонии, я вдруг поняла, что безумно люблю оперу и что я все-таки должна заниматься именно оперой. А если я хочу этим  заниматься, то должна оставить филармонию. Потому, что если я буду оперной певицей, то смогу петь и в филармонии. Но если я буду  филармонической певицей, то не буду иметь возможности петь оперу. В филармонии используют много материала из опер: интересные фрагменты, основные арии, дуэты, но там не поют целиком оперу. А мне страшно хотелось.

А еще в Одесском театре начали делать затяжной ремонт, и я понимала, если в театре идет ремонт и даже основной состав очень редко выходит на сцену, то уж мне это и вовсе не сулило хорошего будущего. Сколько бы пришлось  ждать я не знаю…

- Как Вы пришли к решению  уехать в Киев?

Муж мой пианист, мы познакомились в консерватории, уже после ее окончания мы жили вместе и, конечно же, жили интересами друг друга. Он композитор, пишет серьезную симфоническую музыку для театров, балетов, для драматических спектаклей.

Ему тоже было очень не сладко в Одессе. Чтобы как-то содержать нашу семью, он работал, играя в ресторане. Конечно, ему это жутко не нравилось, и я понимала, насколько его это расстраивает.

И вот, в один прекрасный день, выйдя из филармонии, вдруг поняла - если я буду дальше плыть по течению, в котором нахожусь, то это не сулит ничего хорошего. Ведь то, что у нас там было - это было далеко не то, чего мы хотели.

Я приняла решение уехать из Одессы, зашла к мужу на работу и сказала: «Саша, я больше не могу». На что он мне сказал: «Я тоже». Мы взялись за руки, пошли домой и решили, что мы уедем. В никуда. Мы все бросили, уехали и начали с нуля.

- В Киеве?

В Киеве. Я начала пробовать прослушиваться в театры, при том, что я не ждала, что меня возьмут с распростертыми объятиями. Вот, просто, чтобы не сказать потом себе, что ж ты ничего не сделала, а хотела.

Сначала это были пробы в детский оперный театр. Когда первый тур был пройден, мне сказали: «Мы Вам позвоним, когда соберем людей на второй тур». Собирали девять месяцев, и на второй тур были приглашены я и еще одна девушка. Мы должны были спеть дуэт из оперы Петра Чайковского «Иоланта». А как раз по «Иоланте» у меня был хороший опыт: Борис Зайденберг (известный киноактёр  и театральный режиссер) сделал со мной эту роль во времена обучения в консерватории.

И вот, когда я начала готовиться, мне дали партнера-тенора, молодого  сотрудника театра. Во время репетиций я попыталась поделиться всем, что знаю, во благо себе подготовить и его так, чтоб мы были интересной парой, потому что считаю, что без хорошего партнера нет хорошего результата!

И в итоге, когда пришли огласить результаты, сказали, что у них есть полставки и они должны были кого-то взять из девушек , но их поразил тенор, они увидели его другими глазами. А так, как он работал на полставки, было решено добавить ему и эти полставки. И могу добавить от себя – он стоил того! Хорошие тенора – редкость! Мне же сказали, что я понравилась и больше никаких прослушиваний петь не нужно. Ждите появления свободных ставок. Но парадокс был еще в том, что детский театр имеет свои требования, там есть такие роли, как Буратино, Мальвина, а я девушка высокая, статная, на роль Буратино - никак. Стоило ли бросать работу в филармонии ради этого?

- Интрига закручивается…

Но за это время (в перерыве между двумя турами в детской опере) мне позвонила подруга и сказала: «Аллочка, будет прослушивание в  Национальную Оперу, нужно быстренько звонить, потому что это уже через три дня».

Я успела записаться. Муж сопровождал меня в качестве  пианиста на прослушивании. Я спела каватину Лючии из оперы Доницетти «Лючия ди Ламмермур» и прошла на второй тур. Для меня это было непостижимо! Когда я училась в Киеве, в  эти мои долгие годы перипетий я видела, насколько это все трудно, я не верила, что именно в Киеве когда-нибудь буду работать. Все эти прослушивания  больше были стимулом не опускать руки. Для того чтобы не терять форму, я должна была петь, петь и петь. Я все время придумывала конкурсы, на которые впоследствии не ездила, но готовилась с мужем, все время готовилась...

И это был шок! Я попала в пятерку лучших. После второго тура нам дали возможность спеть в Опере. Это был первый экспериментальный год. У нас спросили, какие оперные партии мы знаем, и дали шанс - всем – спеть спектакль.

Это уже фантастика была, это ж нужно было в такой год попасть!

- Какой тогда был год?

Это был  сезон 2004-2005 года.

Нам сказали, что, только спев спектакль, конкурсанты смогут быть приглашены на работу, если они понравятся. Наверное, я спела из всех пятерых самой последней. Но удачно, очень удачно! Из пяти человек только двое стали солистами театра.

Мой дебют был в опере Верди «Травиата».

И вот когда все так положительно сложилось, я спела два спектакля и мечтала стать стажером оперы, мне сказали :«Вы приходите, пожалуйста, к открытию следующего театрального сезона и мы решим  вопрос о Вашем трудоустройстве».

- Статус стажера – это такой испытательный срок?

Да, молодежь приходит в театр в качестве стажеров. И вот когда я пришла в сентябре, мучительно ожидая все лето,  директор сказал мне: «Не вижу смысла брать Вас в стажеры, мы принимаем Вас в труппу театра в качестве солистки оперы». Вот такую компенсацию я получила за долгие годы терпения! Так и началась моя нормальная жизнь!

- И теперь, когда Вы находитесь там, куда так долго и упорно шли, чего Вы для себя хотите в следующем году?

О будущем я вообще не очень люблю говорить. С одной стороны, я стремлюсь к каким-то конкретным целям, готовлюсь к новым ролям, но я никогда не ставлю себе ограничения, что вот  я хочу только  этого. У меня более абстрактное желание - я хочу заниматься, прежде всего, своим любимым делом! Иногда оно меня приводит к интересным вариантам: например, в этом сезоне я спела партию Чио-Чио-Сан в опере Пуччини «Мадам Баттерфляй», и то, что я получила эту роль, для меня было совершенной неожиданностью, ведь эта партия – мечта многих…  А был случай, когда я была уверенна, что спою  конкретную партию и,  скажу Вам, прошло пять лет,  но эту партию я не спела…

Воспринимаю будущее как манящее неизведанное и боюсь в нем ходить слишком уверенными шагами, дабы не спугнуть…

- Алла, как несомненный эксперт в мире оперного пения, посоветуйте нашим читателям, с какой постановки лучше начать, так чтобы любовь к опере «случилась»?

Нет ничего страшнее, чем попасть первый раз в оперу неудачно. Все! Тогда желание пропадает на всегда. Но есть такие спектакли, на которые будут ходить, что бы там ни было – «Травиата», «Риголетто», «Кармен» – это мировая признанная классика, она на слуху. А если еще и хорошие исполнители – то это двойное удовольствие!

- А в каких спектаклях сегодня можно услышать Аллу Родину?

На сцене Национальной оперы Украины – это прежде всего  партия Виолетты в опере «Травиата» Джузеппе Верди.

Партия Лиу в опере Джакомо Пуччини «Турандот».

Партия Чио-Чио-Сан  в опере  Джакомо Пуччини «Мадам Баттерфляй» и также партия Микаэлы в опере Жоржа Бизе «Кармен».

- И так получилось, мы будем первыми, кто анонсирует ваше выступление в главной женской роли в опере «Синьор Брускино» в Киевской филармонии в мае.

Да, 11 мая должна состояться премьера комической оперы Джоаккино  Россини «Синьор Брускино» на сцене Национальной Филармонии Украины под творческим руководством режиссера – Ирины  Нестеренко. Это  тот редкий случай, когда филармония презентует оперу! Спектакль организовывается при поддержке Итальянского Посольства и будет впервые исполняться в Украине.

Я думаю, это будет очень интересно не только меломанам, но и людям, впервые желающим посетить оперу!

- Спасибо Вам большое за эту беседу, Алла. Очень интересно общаться с человеком, чья детская мечта сумела победить очень взрослые преграды. Пусть в наступившем году будет больше приятных сюрпризов и творческих удач.

Беседовала Наталия ГОДЛЕВСКАЯ